Акула шоу-бизнеса

Валера Закутский ждал Лорда в казино "На Неглинной". Он нервничал, мизинец правой руки судорожно дергался. Валера боялся, что Лорд ему откажет, протекция бандитов была его последним шансом убежать от неприятностей и выбиться в люди. Его призрачная популярность телеведущего таяла с каждым месяцем, передачу сняли с эфира ОРТ, он сидел на мели. И все потому, что не вписался в тусовку влиятельных гомосексуалистов, наложивших лапу на телеиндустрию развлечений. От него сбежал импрессарио, прихватив с собой все общие сбережения и средства, полученные от спонсоров на съемки очередной программы. А ведь он считал его другом. На "Риске и победе" был поставлен крест, деньги надо было возвращать обратно. Этот извращенец Фридман, прозрачно намекал на то, что спасти Валеру может только его "розовая попка"… Козел! Неужели этой губастой женоподобной твари не хватает дуэта-травести из передачи "Полнолуние"?..

Сегодня позвонили из фирмы "Омега-ЛТД", потребовали объяснений. А как им объяснишь, что бабки испарились вместе с импрессарио? Сорок пять косых — где их взять? Даст ли деньги Лорд? А если даст, то на каких условиях, что попросит взамен? И нужен ли Лорду такой пропащий человек, как он? Неудачник… Кофе в чашке совсем остыл, мизинец задергался учащеннее.

У стойки для Блэк-Джека нарисовался верзила, шея которого начиналась от макушки и плавно переходила в плечи.

— Ты Закутский? — спросил "Шварценеггер".

— Я, — ответил Валера.

— Лорд сказал — отвезти тебя в офис, поехали.

Темно-синий "Вольво-940" довез до Моховой. Машина остановилась у стальных ворот серого здания с крохотными зарешеченными окнами. Водитель опустил стекло на дверце и буркнул что-то в радиомикрофон, закрепленный на столбе у ворот. Ворота без скрипа поднялись вверх, автомобиль въехал в закрытый дворик, окруженный мрачными стенами.

Охранник в комбинезоне цвета "хаки" проводил Валеру к входу, открыл массивную дубовую дверь и указал рукой, куда ему следует войти. Это был длинный коридор. Дверь сзади захлопнулась. Ну что ж, по крайней мере, перед ним не стояла дилемма выбора, идти предлагалось только прямо по коридору, там, впереди, еще какая-то прозрачная дверь.

"Похоже, я раскатал губенки, надеясь, что встречусь с Лордом в казино, — подумал Валера, шагая по коридору, — этот парень слишком крут, чтобы взять и просто так встретиться с таким говном, как я, а в теперешнем моем положении тем более".

Стеклянная дверь открылась сама, как только Валера приблизился к ней. Наверное, сработала от фотоэлементов. Он вошел в огромных размеров холл, уставленный мебелью в стиле "модерн", мягкими кожаными уголками, стеклянными столиками и узорными пластиковыми стойками с шикарными букетами искусственных цветов. С зеркального потолка свисали разноцветные шары. Динамики телемониторов с метровыми диагоналями и "Антарексов", расставленных по всему периметру холла, источали знакомый хриплый голос суперзвезды голубых экранов Власа Келдыша. Валера ненавидел всем сердцем этого самовлюбленного трансвестита, но не мог не отдавать должного качеству его программы, особенно богатому убранству павильонов.

На всех экранах был этот баловень судьбы. Валера окинул взглядом помещение и наконец заметил сидящее в мягком кресле напротив самого большого монитора живое существо. Это была темноволосая девушка лет двадцати трех, в кожаном топике с сексуальной шнуровкой на бюсте и шортах, изящно закинувшая ногу за ногу. Ее длинные пальчики сжимали мундштук из слоновой кости, в котором дымилась сигарета. Она отрешенно наблюдала за происходящим на экране и, судя по всему, ей не было ровным счетом никакого дела до того, что Валера обозначил свое присутствие почтительным кивком.

Он подошел почти вплотную и поздоровался вслух:

— Добрый вечер, я — Валера Закутский.

Хотя этот холл никак не подходил для сравнения с пустыней, его голос остался гласом вопиющего без малейшей надежды на отклик. Наверное, голос Власа Келдыша нравился девушке больше. Она смотрела только в телевизор.

"Такой красотке можно было простить даже негостеприимство, хотя вряд ли она здесь хозяйка", — подумал Валера и плюхнулся в соседнее кресло.

Так как единственная обитательница этого холла явно не была расположена к беседе, Валере не оставалось ничего, как смотреть эту чертову передачу и завидовать Власу.