Аксель, Кри и Белая Маска

Аксель вздохнул, поправил панаму, иногда съезжавшую с головы, — ведь приходилось полулежать в тени, на уходящих в воду каменных ступенях, — и осторожно, сквозь ресницы взглянул на слепяще-синее небо. Оно ещё не совсем сошло с ума от жары, но где-то через час, ближе к одиннадцати, подёрнется белой дымкой, и надо будет уйти в дом. А жаль. Так хочется оставаться весь день в этом тихом дворике, опустив в фонтан уже совсем шоколадные от загара ноги, разглядывать потемневшие узоры на ставнях и ни о чём не думать. Когда же ненужные мысли снова полезут в голову, уткнуться в тёмный томик, который он уже дважды за последние дни ронял с колен в воду. Надо будет обтянуть его защитной плёнкой… Жаль, что до приезда сюда он не додумался заколдовать переплёт, но теперь уже поздно. Впрочем, Аксель был намерен и дома, в Мюнхене, держать слово, данное комиссару Хофу, и не применять волшебство даже там, где имел такую возможность.

Вот уже две недели они втроём — папа, Кри и Аксель — живут на самом сонном и беззаботном острове в мире — и где она, беззаботность? Прошёл целый год с тех пор, как Кри удалось спасти от подземных духов, наделённых волшебной силой, и их прислужника, продажного профессора Фибаха. После того, как духи научили его колдовать, этот непризнанный гений биологии сумел превратить своего домашнего пуделя Морица в гигантского биоробота Шворка. Оснащённый по последнему слову волшебной техники, Шворк мог легко менять свои размеры до габаритов грузового «Вольво», разговаривать и летать. Конечно, Фибах старался не для чистой науки: с помощью его волшебных животных духи хотели уничтожить людей на Земле, и тогда он стал бы одним из властителей нового мира. Увы, план профессора не сработал: ненавидевший его Шворк удрал от него и спрятался в Альпах. А затем, тоскуя по прежней хозяйке, фрау Фибах, решил найти себе новую — и украл Кри, когда та гуляла с Акселем в мюнхенском парке. Аксель сумел найти и пса, и её, но было ясно: домой их Шворк не отпустит. Чтобы отвлечь его, и тем временем сбежать, дети пошли на отчаянный шаг. Они вновь послали пса в Мюнхен, украсть комиссара Хофа, который расследовал похищение Кри — под предлогом, что вчетвером им будет ещё веселей в горной пещере. (Брат и сестра не очень верили, что сумеют одолеть альпийские пропасти, и больше надеялись на помощь Хофа, которого доставит к ним Шворк. А на свою теперешнюю попытку к бегству смотрели скорее как на разведку). Разумеется, так всё и вышло: Шворк и комиссара украл, и детей, вернувшись, настиг. Да и Фибах не дремал — захватил всех четверых в горах именно тогда, когда они выясняли отношения. После чего трое людей и Шворк очутились в Потустороннем замке, скрытом в толще альпийских скал. Оказалось, что теперь им нужно не только вырваться из плена подземных духов, но и сорвать их планы по уничтожению людей — всего-навсего… Удар по Земле духи готовили из космоса — с помощью опасного даже для них самих заклятия Семи Смертей. Если бы не помощь Шворка, Аксель, Кри и Хоф никогда не сумели бы справиться с этим заклятием и уничтожить Фибаха. Но, хотя пёс благополучно доставил всех троих домой, в Мюнхен, тень этого испытания словно накрыла прежде обыкновенную и такую счастливую семью Реннер. Мальчик много раз спрашивал себя, не страх ли тому причиной: глава подземной нечисти, звёздный дух Штрой, наверняка остался жив после удара мечом, который нанёс ему он, Аксель, — и может жестоко отомстить.

«Нет, — в тысячный раз сказал он себе. — Нет и нет. Если бы дело было в страхе!»