Аист Лелька

Младший и средний возраст

Рисунки Н. Ушаковой

Рассказы

Сентябрь еще только начался, а в степи было уже очень холодно. Пронзительный северный ветер свистел в телеграфных проводах, и по небу бежали низкие темные тучи.

Учитель Василий Иванович Любченко ехал в извозчичьей пролетке со станции в город. Город находился в двенадцати верстах от станции, и дорога шла все время степью. Василий Иванович кутался в пальто, а извозчик бранил раннюю осень.

— По прошлому году об эту пору еще вовсе тепло было, — говорил он, — а теперь, ишь, как задувает.

Вдруг показалось Василию Ивановичу, что в степи что-то белеет, — человек не человек, собака не собака, а что-то живое. Он стал вглядываться.

Извозчик тоже заметил что-то, попридержал лошадей и сказал удивленно:

— Э, да, никак, это лелека!

«Лелёка» по-украински значит — аист.

Теперь и Василий Иванович увидал: точно, это был аист.

— Да, ведь, они давно все улетели… они же в конце августа улетают на юг.

— Небось, больной.

— Вот, что. — сказал Василий Иванович, — дорога в гору пошла, я вылезу да немножко пройдусь… ноги у меня закоченели. Кстати посмотрю, что за аист.

Он выскочил из пролетки и быстро пошел по твердой неровной земле.

Аист был, видно, молодой, но такой слабый, что еле двигался.

Когда Василий Иванович подходил к нему, он заковылял было прочь, но потом остановился и только тревожно затрещал носом, — совсем как трещотка.

Одно крыло у него висело как-то нескладно.

— Эге, — сказал Василий Иванович, — вот в чем дело! Крыло-то у него сломано, вот отчего он не улетел.

Василий Иванович хотел было вернуться обратно, но ему вдруг стало жалко оставлять аиста на погибель в холодной степи.

— Возьму-ка его с собою. Ребята будут рады. Глядишь, и вылечим ему крыло.

Василий Иванович хотел взять аиста, но тот больно долбанул его клювом в руку. Тогда он схватит аиста одной рукой за клюв, а другой — в охапку и понес его в про тетку.

Аист дрожал от страха или от холода. Ведь аиста не спросишь, отчего он дрожит.

— Довезешь нас вдвоем до города? — смеясь, спросил Василий Иванович у извозчика.

— Довезу! — тоже со смехом отвечал тот. — Аист — птица добрая.

Они поехали.

— Не будешь больше клеваться? — сказал Василий Иванович и для пробы выпустил клюв аиста.

Аист повел носом, но даже и не попытался клюнуть. Должно быть, он понял, что ничего дурного ему не сделают.

— Что это вы привезли-то, Василий Иванович? Чучело, что ли? — так спросил сторож школы старик Грицко, отпирая дверь.

— Да, чучело, — улыбаясь, отвечал Василий Иванович.

Аист до того замерз, что совсем не шевелился, и его и впрямь можно было принять за чучело. Василий Иванович отнес аиста в кухню и поставил там ближе к печке. Жена Грицко, Дарья, готовила обед. На столе лежало нарубленное мясо.

Учитель стал отогревать руки около печки.

— Что нового? — спросил он у Грицко.

— Да вот… — начал было тот, и вдруг как вскрикнет: — Ух!.. — да так и подпрыгнул.

— Что?

— Чучело мясо ест…

В самом деле: аист, отогревшись, стянул со стола и проглотил маленький кусочек мяса.

Учитель расхохотался.

— Я пошутил, Грицко, — сказал он, — это вовсе не чучело, это живой аист.

— Ишь, привезли какое сокровище, — недовольно проворчал сторож, — куда нам его…

— Найдется ему местечко — будет жить у меня в чулане, сделаем ему гнездо в корзине. У него крыло сломано.

— Ну, уж я с ним няньчиться не буду.

— Ладно, Грицко, не сердись, возни с ним немного.

Василий Иванович нарезал кусочки мяса и положил перед аистом, предварительно размочив их в воде. Аист стал есть с жадностью, разминая сначала мясо в клюве, и, проглотив несколько кусков, радостно затрещал носом.

— Ишь, — сказала Дарья, — рад-то как. Хоть и птица, а понимает.

Только Грицко был все еще недоволен.

— Ровно трещотка, — говорил он, качая головой. — И совсем он нам ни к чему.

Но Василий Иванович взял аиста и понес к себе в комнату. Аист теперь уже совсем не боялся его и имел весьма довольный и гордый вид. Василий Иванович устроил ему в чулане нечто в роде гнезда: навалил в старую бельевую корзину тряпок и сена.

Когда, умывшись с дороги и пообедав, Василий Иванович заглянул в чулан, аист спал, стоя на одной ноге и спрятав под здоровое крыло голову.

В школе началось учение.

Дети собрались в школу в первый раз после летних каникул.

Веселый это был день.

Каждый спешил рассказать, где и как провел лето.

Федя ездил в колонию. Маша с матерью побывали в Крыму на курорте, а Ваня все лето провел в пионерском лагере.

Дети радостно встретили Василия Ивановича, и он тоже был рад увидеть ребятишек.

Пришли еще учительница Анна Семеновна и учитель Константин Петрович.

Когда кончились занятия, Василий Иванович сказал детям:

— Сейчас я вас познакомлю с одним моим новым другом. Его зовут Лелька.

— А он кто — мальчик или девочка? — закричали дети.

— А вот сейчас увидите, — таинственно отвечал Василий Иванович.

Он вышел и вернулся через минуту.

— Ну, иди, Лелька, не бойся, — сказал он кому-то.

И на пороге комнаты появился… аист.

Вот был восторг!

Вопросы градом посыпались на учителя.