Агенты национальной опасности

Скомпрометировать можно кого угодно, и, как угодно. Вероломный и коварный Бомарше, получив афронт от излишне, на его взгляд, неуступчивой дамы высшего света, оставил на всю ночь свою приметную карету у ворот ее дома, а сам удалился дописывать «Женитьбу Фигаро». Парижская молва домыслила остальное, и без вины виноватая дама могла забыть о званых королевских балах в Тюильри.

На Руси лицемерные пейзане мазали дегтем ворота той, которая не им досталась. Невыносимая, между прочим, месть для особо чувствительных недотрог.

Ханжеская нравственность смешна, когда речь идет о судьбах сегодняшних персонажей общественной и политической жизни. Чубайса, допустим, ломом не убьешь – что ему компромат? Вся его жизнь – сплошной компромат на самого себя. Правда, и на других тоже. И ничего. Живет. Женился в третий раз на «Школе злословия». Точнее, на одной из ее ведущих – Дуне Смирновой. Теперь этому реликту «правых сил» с рыночной физиономией матерого казнокрада не страшно никакое злословие.

Но ближе к теме. Помощник президента Дмитрий Песков обмолвился в узком кругу, что Путин был взбешен, когда ему доложили об убийстве Немцова. Сразу вспомнились его слова по поводу Анны Политковской, застреленной в 2006 году в день рождения Путина: «Ее смерть принесла больше вреда, чем вся ее журналистская деятельность».

Просмотрев кадры оперативной съемки и записи с камеры видеонаблюдения, спросил: «А вы уверены, что его убили именно там, на Москворецком мосту?»

«Так точно! – ответил глава ФСБ Бортников. – Выпущено шесть пуль из пистолета Макарова. Четыре из них попали в спину. По предварительным данным, смерть наступила через две минуты».

Президент попросил еще раз прокрутить запись с камеры видеонаблюдения, зафиксировавшую некую снегоуборочную машину, заслонившую Немцова с его спутницей Анной Дурицкой. Его заинтересовал отсчет времени. В 23 часа 31 минуту и 12 секунд фланирующую парочку настигает громоздкая коммунальная машина, оказавшаяся не снегоуборочной, а вакуумным «подметальщиком» – при полном отсутствии мусора на мосту. В 23.31.16 предполагаемый убийца выбегает из-за коммунальной машины на проезжую часть, садится в притормозивший белый автомобиль и скрывается.

Четыре секунды. Всего четыре. За это время киллер успел выскочить из укрытия, произвести шесть прицельных выстрелов и скрыться?..

Бортников ожидал новых вопросов, на которые у него не было ответов, но их не последовало. Последовал жесткий приказ: искать и найти убийц.

Через неделю нашли пятерых чеченцев. В их числе и Заура Дадаева, с необъяснимой решимостью сознавшегося, что стрелял он, а пистолет ПМ выбросил в воду. На следующий день полиция почтительно проводила Анну Дурицкую в аэропорт, откуда она улетела в Киев, оставив следователям подписку о невыезде. Откуда «невыезд»? Из Москвы или из Киева? Нет ответа.

Спустя еще неделю Дадаев с прежней решимостью отказался от своих показаний.

Владимир Калиниченко, бывший следователь по особо важным делам Генпрокуратуры: «С большой долей вероятности могу предположить, что киевская фотомодель Анна Дурицкая состояла в сговоре с преступниками».

И пример из служебного прошлого опытнейшего «следака», вошедший в историю сыскного дела. В 2001 году в Варшаве застрелили 41-летнего министра спорта Яцека Дебского. Он развлекался в ресторане с девицей, как это было и у Немцова. Машину свою, как и Немцов, зачем-то отпустил. После ресторана девушка, которую звали Инка, потащила захмелевшего Яцека прогуляться по центру города. Почему бы и нет?

По ходу неспешного променада Дебского застрелили, не обратив никакого внимания на свидетельницу преступления. Девушку Инку допрашивает полиция. Та симулирует провалы в памяти. Как вышли из ресторана – помнит, куда пошли – не помнит, кто стрелял – не знает. Точно так же давала показания и Анна Дурицкая: тут помню, там не помню.

В итоге девушка Инка получила приличный срок за соучастие в убийстве, а киевскую фотомодель Анну проводили на самолет – с наказом не появляться в Москве.

Днем 28 февраля москвичи несли цветы к месту гибели Немцова. Полицейские приметили, что утром цветы приносили в основном одни и те же молодые люди, сменявшие друг друга каждые десять минут. А самые первые из праздно скорбящих несколько растерялись, не сумев определить место, где пролита праведная кровь. Спросили у полицейских, мол, что, успели замыть? Те ответили, что крови на асфальте не было. Как это не было? Четыре пули в спину – и ни капли крови?..