Агент № 13

Двадцать пятого июля 1969 года Оскар Шалго по междугородному телефону позвонил в Будапешт полковнику Эрне Каре, занимавшему важный пост в контрразведывательной службе Венгрии.

— А, это ты, старый бродяга? — послышался в трубке знакомый голос. — Откуда изволишь звонить?

— Из Балатонэмеда, — отвечал Шалго. — Будто ты не знаешь, что с весны я безвыездно сижу в Эмеде?

— Откуда же мне знать? Великий детектив двадцатого века Оскар Шалго не снисходит до своих бывших друзей.

— Интересно! — с притворным удивлением воскликнул Шалго. — А мне казалось, что я разговаривал с тобой перед самым отъездом. Значит, запамятовал. Прошу прощения. Кстати, чтобы не забыть: ты знаешь что-нибудь о деле некоего Меннеля?

— Это не тот, что утонул в Балатоне несколько дней назад? — уточнил Кара.

— Он самый, — отвечал Шалго. — Только он не сам утонул, его убили.

— Убили? — удивился Кара.

— Да. Ему сначала свернули шею, а потом бросили в воду. Ты не мог бы, Эрне, приехать сюда?

— Считаешь, что это дело по нашей части?

— Ничего я еще пока не считаю. Но очень хочу, чтобы ты приехал, — сказал Шалго. — Жду тебя. А если уж никак не сможешь выбраться сам, пришли хотя бы Шани Домбаи.

— Когда совершено убийство? — спросил Кара, придвигая к себе настольный перекидной календарь.

— Двадцатого июля. Между восьмью и девятью утра.

Кара взглянул на календарь. Иными словами, подумал он, в воскресенье утром. Но почему Шалго позвонил только теперь?

— Когда прикажешь выезжать, начальник? — спросил Кара.

— Чем скорее, тем лучше.

— Завтра к полудню буду у вас, — пообещал Кара.

Сразу же после этого разговора полковник пригласил к себе своего заместителя Шандора Домбаи.

— Завтра утром я еду в Балатонэмед.

— Мы же собирались с тобою ловить рыбу в Таше?!

— В Эмеде тоже есть виды на большой улов, — возразил Кара и рассказал о телефонном звонке Шалго.

— Ох уж этот мне старый бродяга! Не знает покоя, персональный пенсионер, — закуривая, заметил Домбаи и покачал головой. — Отдыхал бы себе, ловил бы рыбку, сидя на берегу!..

— Не тот человек Шалго. Он никогда не выйдет из игры, — проговорил полковник. — И как всегда, никому не будет доверять. Я знаю, это глупо, но это так. И если мы до сих пор не смогли перевоспитать его, нечего надеяться, что он исправится сам по себе. Верит он только в себя да в нас с тобой, — с улыбкой посмотрел он на Домбаи. — Мило с его стороны, не правда ли?

— Интересно, что он будет делать, когда и мы с тобой уйдем на пенсию? — спросил Домбаи. — Нам его сообщения тогда будут так же нужны, как балатонскому судаку зонтик. Или ты думаешь, что, выйдя на пенсию, мы все втроем откроем частное сыскное бюро? «Кара и Кo »! Сто пять процентов гарантии!..

Кара повернулся к Домбаи. Лицо его было бледным и усталым.

— Я поеду на Балатон завтра утром, — сказал он после недолгого молчания. — С собой возьму лейтенанта Фельмери. А ты пока запроси подробную информацию по этому делу из Веспрема.

Утром следующего дня полковник Кара в сопровождении лейтенанта Фельмери выехал на Балатон.

Вишневый, похожий на хлопотливого жучка «фольксваген» проворно бежал по шоссе.

Лейтенант Фельмери молча сидел рядом с полковником, который, как обычно, был не очень разговорчив. Полковник не случайно взял в эту поездку Фельмери, выбрав его из многих молодых сотрудников.

Во время поездок на периферию Кара всегда старался поближе познакомиться с молодежью. Он внимательно выслушивал собеседника, лишь в случае крайней необходимости перебивая его уточняющими вопросами.

Фельмери он до сих пор ни о чем не спрашивал. Только в самом начале поездки попросил доложить ему о деле Меннеля.

— Полагаю, вчера вечером вы его обстоятельно изучили?

— Конечно, — подтвердил Фельмери.

Ровно, едва слышно жужжал мотор, ослепительно сверкала дорога под лучами яркого утреннего солнца.

— Виктор Меннель родился в Мюнхене в тридцатом году, — начал доклад лейтенант. — Если память не изменяет — десятого апреля. По документам он числился руководителем гамбургского филиала акционерной торговой компании «Ганза». Проживал в Гамбурге по адресу: Шиллер-плац, три. Холост. Внешность: рост сто восемьдесят два сантиметра, лицо овальное, волосы темно-русые, глаза карие, усов и бороды не носит.

— Особые приметы? — уточнил Кара, обгоняя медленно шедшую впереди «шкоду».