Адриано

Бьянка

К черту мафию.

Я живу в Италии, во Флоренции, и они являются частью моей жизни, сколько я себя помню.

Скрытая угроза за каждым углом с самого детства.

Видите ли, мой отец — азартный игрок, и у него это плохо получается.

Это значит, что он берет в долг деньги, которые не может вернуть… и проигрывает их на глупых ставках.

Я хочу ненавидеть его за это — за всю ту боль, которую он причинил мне и моей матери.

Но он мой отец.

И он милый, когда не делает нас несчастными.

Для него это зависимость, такая же, как если бы он был алкоголиком или наркоманом. Болезнь.

Он пытался остановиться — действительно пытался. Годами ходит на собрания вроде «Анонимных алкоголиков».

Но время от времени у него случаются рецидивы.

Я знаю, что ему очень стыдно, когда он оступается…

Потому что в итоге всегда страдаю я и моя мама.

Поэтому я не ненавижу его.

Я часто ЗЛЮСЬ на него… но не ненавижу.

Угадайте, кого я ненавижу?

Тех мудаков, которые продолжают одалживать ему деньги на его дурацкие ставки…

А потом стучатся в дверь, когда он не может расплатиться.

Видите ли, мой отец работает в судебной системе Флоренции.

Он не судья и не юрист — просто работник низшего звена в этой структуре.

Официально, во всяком случае.

Но он также является «посредником» для Cosa Nostra (название мафии в Италии) — тех, кто реально управляет Флоренцией за кулисами.

Мой отец — тот, кто имеет дело с судьями и прокурорами, которые на подхвате.

Именно он следит за тем, чтобы окружной прокурор знал, когда ему нужно бросить дело…

И он дает судьям понять, когда они должны давать несправедливые преимущества защите.

Мой отец не только доставляет деньги, но и ищет новых рекрутов.

Он знает все сплетни, и где похоронены все трупы.

Он знает, кто недавно развелся и нуждается в деньгах…

Он знает, у кого проблемы с наркотиками…

Он знает, у кого есть любовница с дорогими вкусами…

И он знает, у кого есть проблемы, которые мафия может решить. Все, что для этого нужно, — небольшая «услуга».

Он — тот человек, на которого опирается мафия в своей коррупции.

Я знаю, что из-за этого мой отец выглядит как монстр…

Но это не так.

Он ненавидит то, что делает для них.

И неоднократно пытался выбраться…

Но, как я уже сказала, он зависим.

Бандиты знают и пользуются этим.

Так работает вся система.

Да, половина судей и адвокатов на подхвате — жадные ублюдки.

Но другая половина — это люди, которые находятся в отчаянии. Совершившие ошибки. Которые идут по пути саморазрушения. Они сами роют себе ямы, из которых не могут выбраться.

Они в отчаянии.

Отчаявшиеся люди уязвимы.

А мафия всегда готова протянуть руку помощи… за «услугу».

Но как только ты пожимаешь руку дьяволу…

Он овладевает тобой.

Я знаю, потому что они владеют моим отцом.

Они используют и пряник, и кнут.

Пряник — это деньги, которые они одалживают ему на азартные игры. Они подпитывают его зависимость, как казино, предоставляющее клиенту бесконечную кредитную линию.

Кнут — это когда они угрожают ему… и даже хуже.

За эти годы ему дважды ломали ноги.

Трижды — правую руку.

Они ломали ему пальцы чаще, чем он мог вспомнить.

Они продолжали ломать ему кости…

Пока не сломали его самого.

Мафия взяла его под контроль несколько десятилетий назад.

Теперь это не только долги, которыми они держат его, но и угрозы в адрес меня и моей матери.

Поэтому папа всегда делает то, что они ему говорят…

И он почти отчаялся.

Он старается не играть в азартные игры, и у него это получается несколько месяцев подряд…

Но потом он чуть-чуть поддается демонам, живущим внутри него, и делает ставку…

Потом еще одну… и еще…

И его тут же крепко сжимает Cosa Nostra.

Он презирает себя за это.

Он сломленный и побежденный человек.

Вот почему я ненавижу мафию.

Всегда ненавидела. И всегда буду.

Вот почему это убивает меня…

Абсолютно уничтожает меня…

… то, что я влюбилась в мафиози.

Бьянка

Я учусь в Институте Марангони во Флоренции на дизайнера одежды.

Я люблю одежду. Люблю красоту и элегантность, да…

Но еще больше мне нравится идея, что одежда — искусство, ведь, одеваясь, мы говорим о том, кто мы есть, и как видим мир.

Я с детства мечтала работать в модном доме.

Gucci… Balenciaga… Versace… Dolce&Gabbana…

Но я хочу привнести в это немного «панк-рока».

Хочу, чтобы это было связано не столько со статусом, сколько с созданием чего-то удивительного, что каждый может носить и чувствовать себя красивым.

Если быть честной, мне бы хотелось когда-нибудь создать свой собственный бренд. Стать самостоятельным дизайнером.

Но до этого еще далеко.

Мне 22 года, и учиться мне предстоит еще долго.

Это дорого. Мало того, что я должна сама оплачивать учебу, платить за квартиру, еду и все остальное…

Но время от времени мне приходится помогать маме, когда папа делает глупости и попадает в затруднительное положение.

Один из таких случаев произошел буквально на днях…

И это изменило ход всей моей жизни.

Бьянка