А зима всё длилась…

Сосцы ледяные под брюхом оттаявшей крыши,

И оттепель, чмокая, лижет студеное их молоко.

Сугроб под окном шевели́тся, как будто бы дышит

И рыхлое тело его, будто тучка земная легко.

В каждом доме сегодня душистая, свежая елка,

Но хвоя языческим зельем лежит у двери́.

Старый год соберет эту хвою сухую в котомку,

И с ней унесут на хвостах старый год снегири.

Не имеющее плоти, и потому чувствующее боль. С безднами вместо глаз и потому всевидящее. Обладающее безмерной жестокостью и потому дарующее жизни. Трогательно милосердное и потому убивающее. Молчащее и потому всезнающее. Всезнающее и потому молчащее. Великое до непостижимого. Непостижимое до великого. Властвующее над мыслью и подвластное только мысли. Вечно живущее и потому знающее смерть. Знающее смерть и потому вечно живущее.

Нага природа.

В снегах и чистота и свет.

Врачует время лекарь – хлад.

И все безгрешно. Свято все.

Зима – покой.

Зима – начало.

«Аминь!» зиме.

И кажется, что первый день,

Рожденья мира,

Был создан белым,

Был создан зимним.

Краснощёкая Арина

В белоснежной пелерине,

Шла по воду с ледяным

Коромыслом расписным.

Серьги из рябины

У зимы Арины,

Волосы серебряны – ветер января.

Сказочной снегурочкой Арина прослыла.

Синими сугробами, как во́лнами моря́,

Буйствуют, волнуются русские поля.

Звонкий колокольчик тройку веселит,

И церковный купол небо золотит.

Дремлет между избами мёрзлый ручеёк

В маленькой деревне, что между двух дорог.

Доброславы, Акулины —

Все приветствуют Арину,

Выйдя на порог.

Непро́чны церкви из льдов-снегов.

Напрасна религия в лютых сердцах.

Малодушие,

Маловерие,

Малолюбие —

Камня́ми этих дьявольских слов

Был вымощен путь в низших адских кругах.

Непро́чны церкви из льдов-снегов.

Напрасна религия в лютых сердцах.

Снег тополиный —

Пух лебединый.

Лето белым-бело.

Талое солнце

Алым оконцем.

Льющееся тепло.

Снежное лето.

Переодета

Ни́щенка Руся

В платье да ленты,

В серьги да бусы.

Дурочка Руся

На метле скачет,

За спиной прячет

Белое помело —

Лето белым-бело.

Рано. Утренние дома.

Пелена почивающих окон.

Воплотившаяся зима

В небе синем, как синее око.

Снизу вверх пролегла стезя.

Куполов окрещенных пространство

В высоте.

И движение и постоянство.

И невидимая слеза

О Христе.

Обведя по контуру блик,

Начерчу на песке лик

Застынет в нем солнечный миг.

Но ляжет волна на брег,

Продолжая свой вечный бег.

Или вдруг выпадет снег,

Обычный июльский снег

Или может быть небопад.

Обведённый по контуру взгляд,

Твой взгляд нарисованный мной

Будет смыт морскою волной.

Лето – сон цветной

Сказку рассказало без конца.

Падшею звездой,

Ало-золотой,

Осень шлет снегам седым гонца.

Будет день иной,

Радость и покой

Принесет с собой.

В призме лунных лет

Отраженный свет

Утренней зарей встанет над землей.

Девочкой из льда

Ты меня создал.

В прозрачную слюду,

Как в платье одевал,

И чуждую стыду

Невестой провожал

На ветров зимних бал.

Но стар твой календарь

И не верен счёт.

Снежинкою январь

В ладони пропадёт.

Утро вознесёт

Огненный восход.

Вновь буду я собой —

Девочкой – весной.

В лабиринтах дождя блуждает

Босоногая, синеглазая.

Рыжий локон к щеке прилипает,

Губы вишней спелой измазаны.

Смеётся задорно, глупо

Над миром неясным, мудрым.

И всё ей легко, что трудно,

И всё, что обычно – чудо.

Тот умён, кто ума не ведает.

Слышит правду лишь тот, кто глух.

Кто не носит креста, тот верует.

Мыслит ромб тот, кто чертит круг.

Научи меня быть дурашливой,

Конопатая девочка милая,

О том, что понятно, расспрашивать

И верить в ту сказку, где синие

Ликуют под солнцем луга

Где Эльфы витают над лилией,

Где добрая баба Яга.

Научи меня песенку слышать,

Что поют на восходе цветы,

Верить в замок с зеркальною крышей,

Что построили духи мечты.

Научи дотянуться до неба

Маленькой, слабой рукой,

В измерениях плача и смеха,

На земле обрести покой.

Я пойду,

Как в бреду,

По тончайшему льду.

Я найду

Ту мечту,

Ту звезду —

Доброту.

Упаду —

Ну и пусть,

Зато праведен путь.

Поднимусь,

Улыбнусь,

Помолюсь —

И вперёд!

К той звезде —

Доброте.