А вы думали - в сказку попали?!

Рита (точнее Маргарита Сергеевна) — проснулась в шесть-тридцать утра. По будильнику (сколько раз ей хотелось швырнуть в окно ненавистную дребезжащую дрянь) с больной головой и в дурном расположении духа. Во-первых за время отпуска она отвыкла вставать рано, во-вторых небо за окнами в точности отвечало ее настроению, и наконец сегодня возвращался к жене в Уфу ее последний любовник. Впрочем, в сорок пять лет каждый мужчина представляется завершающей точкой в книге. И спина к дождю ноет. Маргарита Сергеевна завернулась в халат и проследовала в ванную, где нос к носу столкнулась с зеркалом — вторым и последним врагом в ее в общем-то устроенной жизни. По утрам особенно рельефно выступали мешки под глазами, второй подбородок и прочие радости стареющей дамы. Глаза б мои на себя не глядели! Контрастный душ, массаж шеи, маска — слава богу, Андрея пушками не разбудишь, даром, что офицер. Теперь на кухню, чашечку кофе… Мать моя балерина! Естественно, свиные котлетки с ужина забыли на столе и кошка о них позаботилась. Конечно бокалы остались в раковине — хорошее же похмелье будет у тараканов. Но диван!.. И на все-про все — сорок минут времени. Плюнув на кофе, Маргарита Сергеевна бросилась наводить порядок. Курочку — майонезом обмазать и в духовку — как раз до выхода поспеет. Яичницу с сыром на завтрак. Кошку — за шкирку и мордой, наглой мордой в тарелку. Диван… Пледом закрыть и сойдет под пиво. Теперь посуда… Маргарита Сергеевна подвернула рукава тяжелого халата и стала к раковине. Это постирано, то куплено, билет взят… И как же тоскливо, кто б знал. Вроде и замужем побывала, и вниманием, так сказать, никогда обделена не была, но Андрей… Он же на двенадцать лет меня моложе!!!

Познакомились они, как и подобает в сказке, случайно. Молоденький застенчивый провинциал заблудился в центре Москвы, спросил дорогу до Красной Площади, слово за слово, экскурсия, кафе (на приличный ресторан не хватило бы даже ее зарплаты), чашечка чаю на дорожку… Будто чувствовала за два дня до того отправила дочь на дачу — хороший бы был пример ребенку. Соседка сверху пришла в полчетвертого ночи — узнать, кого все-таки убивают. А утром он подал ей кофе в постель (что это был за кофе — разговор отдельный, но сам факт…) Весь следующий день они бродили по городу, вечером пошли в театр, а потом — господи, втюрилась, как девчонка… Андрей рассказывал о себе — про гарнизон, про несчастных солдатиков — хоть плачь, как они живут, про жену своими бы руками удавила, стерву. Мужик в самом соку, а она его едва импотентом не сделала, дурища. То ей не так, се ей не сяк, а думать головой — Пушкин будет? Ласки мужику не хватало, слова доброго, рук теплых… Ну и опыта чуть-чуть — где ж такое видано — за десять лет жене не изменить ни разу. А какой же он нежный, преданный, чуткий… И руки к тому месту приставлены — все ножи в доме поточил, полку подвесил — сама полгода, как собиралась, велосипед дочке собрал из кусочков — видел бы наш папа такое счастье… И уезжает. Сегодня. А мне здесь куковать — не отбирать же отца у детей, знаю каково это — в одиночку ребенка тянуть. Грех, не могу. А как хотелось бы — каждое утро просыпаться с ним рядом, по щеке гладить, испарину ночную со лба вытирать — вот оно, счастье бабье. И работу б ему нашли — хоть у нас в охране… Завтрак бы каждое утро готовила — любимому. Андрюше… Дура старая!