А вдруг?

Сомневающийся человек.

Мы пили кофе на работе вместе с моим коллегой Романовым. Он любил философствовать под чем-то горячительным и добавлял в свой кофе немного коньяка. Запах коньяка смешивался с чернилами, стоявшими на столе, и кофейными зернами, разбросанными тут же.

– А вы, Илья Дмитриевич видели нашего старого коллегу Александра Александровича? Давно его не видно!

– Как же? Вы разве не знаете? Он умер!

– Да что вы говорите?! И почему же, был еще мужчина в рассвете сил!

– А вот почему…

Александр Александрович был человек простой. Вечно носил он белую рубаху, идущую к его оливкового цвета лицу, жилет в темную клеточку и брюки из шерсти, даже в жаркую погоду. Он не сомневался в своем костюме и считал, что он ему очень к лицу. В остальном же, жил он довольно простым образом. В квартире его стояло немного мебели, и вся она была в простом стиле, ошкурена и отполирована лаком. Ничего лишнего в квартире не было. – Минимализм! – говорил он, – это то, в чем нельзя сомневаться! Это на века! Мода на воодушевляющие душу фаянсы уйдет, а моя мебель будет стабильно стоять и служить своей практичностью.

На завтрак он ел три яйца, на обед курицу, на ужин творог.

– А вдруг мне не понравится другая еда? А вдруг я отравлюсь мясом? Я слышал, что в нем живут черви, а потом они плодятся уже внутри человека! Фу! Нет, не буду есть мясо, мало ли что.

И он продолжал запихивать куски курицы в рот.

Житие его было странным для многих. Он не страдал социофобией, а наоборот любил людей, но когда его звали друзья или коллеги на встречу, то он говорил:

– А вдруг нам будет скучно? А вдруг в кафе будут высокие цены? А вдруг я не уеду вечером домой и мне придется ночевать на улице? Нет уж, останусь дома, а остальным скажу, что приболел. И он оставался дома, со своей практичной мебелью и запахом только что сваренной курицы. Осознавали друзья его маленький обман или нет, но на работе все давно раскусили постоянные сомнения Александра Александровича.

– И почему ты Саня отказался от нового проекта? «Это же уму непостижимо!» —спрашивал кто-то в офисе. Александр Александрович отвечал:

– А вдруг у меня не получится? А вдруг я всех подведу? Я бы хотел, но вдруг все пойдет не так? И мне платить потом за то, что подвел! Нет, новый проект я не возьму.

Хотел он открыть и свой бизнес, но вечно сомневался в том, прибыльна ли будет его идея. «А вдруг прогорю? А вдруг начну зарабатывать деньги, а у меня и заберут бизнес? А вдруг я не справлюсь? А ресторан – это точно хорошая идея? Или все же надо идти в стезю юридическую?» – размышлял он.

Однажды даже он встретил женщину, но вечно тревожился о ее любви к нему и доставал себя расспросами, оставаясь наедине со своим отражением:

– А вдруг она уйдет? А что будет если я останусь один? А как же я тогда буду жить? У меня слабое здоровье, к черту!

И оставил женщину, снова прячась в своей конуре.

Дома он оставался долгое время, раздумывая о том, правильно ли он поступил, но в конце концов принял решение ничего не менять. «Пусть оно остается как есть. Если она не выходит со мной на контакт, то мои вопросы себе только лишь подтвердились. А говорила, что любит! Лгунья!». Он впал в грусть, а потом заболел гриппом. Физически он чувствовал себя слабо, но морально – еще слабее. Он был один в своей квартире, больной и много размышлявший. Он говорил про себя:

– А вдруг я умру? Прямо здесь! Вот уж радость будет моим дальним родственничкам! Набегут как мухи на сладость, ведь квартирка-то перейдет одному из этих нахлебников!

Лечился он таблетками, микстурами, ингаляторами и отварами из бабкиных газет с сухоцветами на страницах. Все перепробовал он во время своей болезни и пока делал очередную ингаляцию смотрел в окно, рассуждая о том, как много бы он всего сделал, если бы не этот проклятый грипп! Три месяца он сидел безвылазно дома.

– Вдруг еще сильнее заболею? Ну уж нет, вылечусь сначала полностью.

После трех месяцев заточения, одним теплым вечером он вышел на улицу и решил наконец прогуляться по своим любимым тропинкам, почувствовать тепло солнца, но под козырьком кепки. Мало ли что! Долго гулял он и случайно обнаружил для себя, что прошел новые маршруты, увидел со вкусом отделанные здания, которых прежде не видел и съел бутерброд не с курицей, а с ветчиной! Ему это понравилось и Александр Александрович расплылся в улыбке. Идя домой, он подумал:

«Эх! А ведь в самом деле, ребята были правы! Новое куда интереснее и вкуснее! Завтра же, завтра же предложу коллегам пойти в кафе! А куда же нам пойти?». В тот момент, когда он обдумывал эту мысль и шагнул на дорогу – свет фар ослепил его, шум тормоза ударил в уши и Александр Александрович отлетел в сторону, словно тряпичная кукла. Он умер прямо там, на дороге, где только секунды назад решил поменять свою жизнь. А она несправедливо закончилась.

– … Вот как бывает, дорогой мой! Жалко!

– Помянем, Илья Дмитриевич! Помянем!

И мы допили свой кофе.