А не пойти ли вам лесом, господин инквизитор?..

Глава 1. О буднях княжен и братьях-самодурах

Зеркало-зеркало... одно отражение, а сколько проблем. Я машинально провела гребнем по спутанным прядям. Дёрнула так, что слёзы выступили, а служанка рядом запричитала.

- Ваше высочество, не нужно!.. Все волосы растеряете, давайте лучше я! Отваром их справлю, да расчешу мягко. Ну ваше высочество! Жалко же гриву такую, распрекрасную!

- Да провались она в мир нечистых, эта грива! - рявкнула я и уткнулась лбом в зеркало. Лета испуганно вздрогнула. Но служанка была предписана мне с ранних лет и хорошо меня изучила. Я никогда не ругалась без причины.

- Ваш высочество! - запричитала она - Ваш Высочество, что стряслось-то?! Обидеть кто посмел?!

- Посмел... - эхом отозвалась я.

***

В восемнадцать лет никому не интересная прежде княжна расцвела. Похорошела, чего никто не ожидал от гадкого утёнка в мышистом платье и больших очках. На последний бал фрейлины уговорили меня надеть светлый, парадный наряд, сделать причёску и отказаться от очков. Устав от бесконечных упрёков, я пошла на поводу.

Это был фурор. Меня не узнала даже родная мать. Когда представили великую княжну Ольгу, сестру императора Данимира, в зале повисла гробовая тишина.

Вечная серая тень оказалась неожиданно миленькой, и я весь вечер слушала шаблонные комплименты. "Что же вы свою красоту прячете..." А оно мне надо?!

Практика показала, что я не ошиблась.

Меня зажали в пустом коридоре, недалеко от собственных покоев, где я привыкла чувствовать себя в безопасности.

О нет, я знала, что такое бывает. Фрейлины говорили, что властные мужчины притягательны, и приятно быть пойманной. Только Инес с Марго фыркали... и сегодня я поняла, почему.

Это было отвратительно.

- Ну что вы, ваше высочество?.. Грех прятать такую красоту под серыми тряпками! Лишнее нужно снимать. Я ночами не сплю, вас вспоминая... О, такую грудь нельзя забыть...

- У вас настолько избирательная память? - сыронизировала я, а внутри всё сжалось: - Понимаю, тяжёлая работа, возраст сказывается. Вероятно, вам нужен отдых, Ваше Высокопреосвященство.

Лицо сына Владыки нашей Церкви медленно вытянулось, а глаза наоборот - сузились. Сальные, чёрные глаза, от взгляда которых хотелось отмыться.

Ему сорок пять, он крепкий, но уже слегка располневший, пахнущий вином, луком и потом. А ещё немного - дешёвыми женскими духами. От этой какофонии выворачивало наизнанку.

Рука с массивными перстнями упёрлась в стену рядом с мои лицом.

- Дерзишь, нахалка?.. Ничего, снизу окажешься - по-другому запоёшь. Я тебе не братец любезный, жалеть не буду! Мы тебя заберём, - он наклонился ко мне, вытягивая свой язык. Не стала ждать продолжения - толкнула его что есть силы, но только раззадорила. Он впечатал в меня в стену своим огромным телом: - Папочка тебя купит у императора и ты окажешься в моей власти. Гордая княжна! Я буду играть с тобой... долго.

Понимая, что кричать "да как вы смеете?!" не имеет смысла, а помощь вот-вот подоспеет, я позволила себе сдержанную улыбку.

- Очень сомневаюсь. При вашем сидячем образе жизни и растущими боками долго - даже на то, что вы намекаете - не получится. Я уж молчу о развлечениях. Мой брат никогда меня не поступит так со мной. Уходите, Ваше Высокопреосвященство. Вы и без того забыли, с кем имеете дело.

В подтверждении моих слов из-за поворота появились двое мужчин из моей личной охраны с огромным бойцовым псом. Завидев их, сановник отступил, создавая иллюзию приличия.

- Зря вы такая неласковая, княжна. Его величеству не оставят выбора. Ещё умолять меня будешь... дура!

Оставила этот выпад без внимания. А сын главы, весело насвистывая, отправился прочь. Но я чуяла - вернётся.

Так и оказалось.

- Ваше высочество, вас желает видеть император! - с порога провозгласил лакей. Я отложила книгу и покосилась на него удивлённо - что за разговоры с раннего утра?..

- Хорошо, я скоро буду. Идите.

Лакей поклонился и вежливо добавил:

- Его величество настаивал на вашем немедленно прибытии.

Даже так...

Я сползла с подоконника и отдёрнула помявшееся платье. В отражении окна на меня смотрело привычное пугало, каким я являлась по определению. Успокойся, Олли! Разговоры рано или поздно утихнут.

Может, уйти в монастырь? Но в монастыре нужно работать, а мне, привыкшей к слугам и книгам, такое непривычно. Как говорила моя любимая Марго: "Вы слишком ленивы для монастыря". Это точно.

Что же понадобилось брату?..

- Ольга, ты великая княжна и красивая молодая девушка!

Плохое начало. Очень-очень плохое!

- Благодарю, дорогой братец, вы тоже ничего, - широко улыбнулась я. Лучи весеннего солнца заливали тронный зал, отгоняя хандру. Эпизод с пьяным сановником почти выветрился из памяти - ничего стоящего, проспался и осознал, наверное.

Данимир сбился и недовольно поглядел на меня. Император правил уже три года со смерти отца - и успешно правил. Пожалуй, люди искренне верили в доброго монарха, который прислушивается к просьбам "простых смертных".