9 жизней

– Говорю же тебе, с нашим Злобным Джеймсом что-то происходит, – доказывал старый, опытный пират Чарли Браун боцману по имени Билл Эдвардс.

Оба они были отъявленными головорезами, без чести и совести. Что один, что второй, имели за плечами по целому мешку дурных поступков, начиная с самых незначительных, и заканчивая грабежами и убийствами. Вот уже несколько лет они бороздили воды Карибского моря на большом тридцатичетырёхпушечном фрегате Морской странник, и теперь уже не было ни одного человека во всей Вест-Индии, который не знал бы название этого грозного корабля.

Его капитаном был человек по имени Джеймс Моррисон. Это о нём говорили два пирата, называя его Злобным Джеймсом. И называли его так не зря – он целиком и полностью соответствовал этому прозвищу. Капитан Джеймс Моррисон держал в страхе не только всех жителей Вест-Индии, но и всю свою команду. Каждый на корабле, от мала до велика, знал, что даже за небольшую провинность Злобный Джеймс мог жестоко наказать.

Обычно наказанием служили десять ударов хлыстом. Провинившегося привязывали к мачте, и капитан сам приводил наказание в исполнение. Если же кто-то из членов команды был уличен в каком-то более серьёзном проступке, то наказанием вполне могла быть его собственная смерть. Убивать и грабить – вот что больше всего на свете любил капитан Морского странника Джеймс Моррисон по прозвищу Злобный Джеймс.

– С чего ты решил, что с ним что-то происходит, Чарли? – спросил боцман.

– Ах, да, тебя же в тот момент не было на палубе. Так вот, слушай. Мы сегодня выловили из моря лодку, в которой было десять испанцев. По их словам, только им удалось спастись с затонувшего галеона, который потерпел кораблекрушение два дня тому назад. Так вот, наш капитан просто так, ради забавы, начал их убивать. Сначала пускал кровь, а потом по одному сбрасывал в море на съедение акулам.

– Что, прямо так сразу взял, и стал убивать? – удивился боцман.

– Ну, да. Как только услышал, что они с испанского галеона, так и начал убивать их. Никто даже глазом не успел моргнуть.

– Не вижу здесь ничего странного, Чарли. Да, признаюсь, что это чересчур жестоко, но ты ведь не один год знаешь капитана, он и не на такое способен.

– Так я ведь тебе и не об этом сейчас толкую, Билл. Главное было потом. Когда он убил девять человек, его словно подменили. Все заметили, что он начал как-то странно себя вести, как будто он не понимал, где находится. Представляешь, он испугался, когда увидел кровь на своих руках. Кто-то предложил вместо него убить десятого испанца, но Злобный Джеймс запретил. Вместо этого он приказал отвести испанца в каюту, напоить его и накормить. Это Злобный-то Джеймс. А потом наш лекарь увёл капитана в его каюту.

– Может, он просто на солнце перегрелся? – боцман задумчиво потёр подбородок.

– Мне кажется, дело в другом, – Чарли понизил голос. – Капитан только что приказал привести к нему в каюту испанца. Не зря он оставил его в живых, ох, не зря. Ты слышал истории про испанское золото?

– Слышал, – Билл встрепенулся. – Думаешь, в этом дело?

– Я уверен, что капитан от нас что-то скрывает. Сейчас он разговаривает с испанцем. Давай подслушаем, о чём они будут говорить?

Капитан Джеймс Моррисон в это время сидел в своей каюте, смотрел на испанца и думал, с чего ему начать разговор. Если бы он мог слышать слова Чарли Брауна, то сказал бы, что тот абсолютно прав – с ним явно что-то происходило. В один миг всё вдруг перевернулось, встало с ног на голову. А ведь ещё совсем недавно у него была совершенно другая жизнь.

Коля Савельев родился в простой советской семье. Его отец работал на заводе, а мама была учителем в школе, и вся его жизнь шла по стандартной, годами проверенной схеме – ясли, детсад, школа, армия, институт. С самого детства все вокруг говорили, что Коля растёт очень добрым, послушным ребёнком. Он почти никогда не капризничал, а наоборот, старался всегда и во всём помогать своим родителям. Не озлобило его и несчастье, которое произошло в их семье, когда он учился в первом классе. Хотя оно вполне могло наложить свой отпечаток на его дальнейшее поведение.

Однажды к ним домой пришёл местный участковый. Колю закрыли в комнате, а участковый с мамой пошли на кухню, чтобы поговорить. Сначала Коля не думал выходить. Он не привык перечить своим родителям, и если уж сказали сидеть в комнате, то он понимал, что разговор действительно был серьёзный, не для детских ушей. Но когда до него донёсся мамин плач, он не выдержал и тихонько выскользнул в коридор.

Вот так вот, через закрытую кухонную дверь, он и узнал, что его отец умер. По словам участкового, это был несчастный случай, и каждый мог оказаться на его месте, но так уж сложились обстоятельства. Утром в заводском цехе сорвалась балка и придавила Колиного отца. Эта новость прогремела для мальчика, словно гром среди ясного неба. Он стоял, не произнося ни звука, и только слёзы текли по его лицу.